Сосед снизу, острая зубная боль и пятница, которая длилась три дня

Знакомьтесь, Валерий Петрович. Мой сосед снизу, пенсионер, бывший военный, человек с повадками старшего сержанта и золотыми руками. Он чинил мне кран, устанавливал дверной замок и как-то раз, одним взглядом, заставил съежиться хама, припарковавшегося на газоне. Мы общались уважительно, но сдержанно. Он звал меня «молодой человек», я его — Валерий Петрович.

Всё изменилось в одну скверную ночь. У меня дико разболелся зуб. Это была та боль, перед которой бессильно всё: и таблетки, и холод, и попытки заснуть. В три часа ночи, метаясь по квартире, я в отчаянии топаю ногами сильнее обычного. Через пять минут — настойчивый стук в дверь. На пороге — Валерий Петрович в халате, с лицом, выражающим не столько гнев, сколько суровое недоумение. «Молодой человек, там у вас марш намечается? Или тараканов гоняете?»

Я, держась за щёку, что-то бессвязно пробормотал про зуб. Его выражение смягчилось. «Так, — сказал он командным тоном. — Срочную стоматологию в нашем районе только к восьми утра открывают. Дотерпеть надо. Иди ко мне. У меня есть метод».

Марбелья

COMPUTER DOCTOR

Бенидорм

Врач-терапевт , специализация в неврологии.

Марбелья

Помощник по хозяйству, Водитель, Управляющий домом

Аликанте

ССУДЫ ПОД ЗАЛОГ И СРОЧНЫЙ ВЫКУП ИМУЩЕСТВА

Марбелья

СТОМАТОЛОГ ШИРОКОГО ПРОФИЛЯ. ИМПЛАНТОЛОГ. МАРБЕЛЬЯ.

Не в силах сопротивляться, я поплёлся за ним. В его квартире пахло старой мебелью, лавровым листом и порядком. Он усадил меня на кухне, поставил передо мной стакан с какой-то мутной жидкостью. «Полоскать. Не глотать. Там соль, сода и кое-что ещё, секретное». Пока я полоскал, он включил на своём древнем, но блестящем системнике компьютер. «Отвлекающий манёвр — лучшее обезболивающее, — заявил он. — А то будешь на стенку лезть».

Компьютер загудел. «Вот, — сказал он, открывая браузер. — У меня тут тоже своя терапия. Когда суставы ноют и спать мешают. Не смотри так, я не в рулетку играю. У меня задача». Он начал что-то быстро вбивать в поисковик, бормоча себе под нос: «Нет, это не то… доступ перекрыт… нужно рабочее… а, вот!». Через минуту на экране загрузился сайт. Это была знакомая площадка. Валерий Петрович повернулся ко мне. «Вот смотри. Мне не интересно выигрывать. Мне интересно… находить пути».

Оказалось, его «терапия» заключалась в следующем: из-за его строгого провайдера (как он выразился, «с блокировками, как на режимном объекте») прямой доступ к сайту был закрыт. И его личный челлендж уже несколько месяцев — находить актуальные способы обхода. Он коллекционировал их. Для него это была не игра в азартные игры, а игра в прятки с сетевым фильтром. Его настоящей страстью был поиск рабочего epicstar zerkalo. Он вёл целый каталог в текстовом файле: дата, адрес зеркала, скорость загрузки, срок жизни ссылки. Это был его личный цифровой дозор.

«Вот сегодняшняя находка, — с гордостью сказал он, указывая на экран. — Жива, работает, как швейцарские часы. А теперь смотри». Он открыл раздел с live-дилерами, выбрал баккару. «Зуб ещё болит?» — «Немного, — соврал я. Боль, и правда, отступила, сменившись жгучим любопытством. — А что мы делаем?»

«Мы проводим операцию «Отвлекающий огонь», — ответил он, и в его глазах мелькнула озорная искорка. — Ты будешь ставить. Чисто виртуально, у меня тут учебный режим. А я буду следить за статистикой соединения и параллельно искать запасные пути на случай, если это зеркало падёт. Вводная ясна?»

Так, в четыре часа утра, я, с лицом, перекошенным от боли, и мой сосед, бывший военный связист, начали нашу странную операцию. Я ставил виртуальные фишки на «игрока» или «банкира», а он, сверившись с какими-то своими таблицами, одобрял или критиковал выбор, параллельно открывая в соседних вкладках новые сайты-агрегаторы в поисках альтернатив. Он комментировал: «Нет, эта ссылка — пустышка, уже не живая… А вот это — свежий след, взял на карандаш… Сейчас проверим ping до сервера…». Для него это был настоящий полигон, а игра в баккару — просто фон, движущаяся мишень.

И знаете что? Это сработало. Адская боль в зубе отступила на второй план, заглушённая азартом этой «миссии». Мы просидели так до шести утра. Я начал кое-что понимать в баккаре, а он пополнил свой каталог двумя новыми рабочими адресами. Когда начало светать, он удовлетворённо хлопнул себя по колену. «Задание выполнено. Канал связи для разведданных открыт. А теперь, молодой человек, собирайся. В семь тридцать я тебя отвезу к своему зубному. Он ветеран, руки из того места. Без очереди примет».

Так и вышло. К восьми утра мой зуб был уже вылечен. А я приобрёл нечто большее, чем здоровый зуб. Я обрёл удивительные соседские отношения. Теперь по пятницам у нас с Валерием Петровичем негласный ритуал. Он заходит ко мне (или я к нему) с ноутбуком и говорит: «Что, проверим обстановку?». Мы вместе ищем свежие пути доступа. Он по-прежнему называет это «разведкой сетевой обстановки», а epicstar zerkalo для него — просто кодовое название цели. Иногда, найдя особенно стабильный адрес, он удовлетворённо кивает: «Вот. Это надёжный плацдарм».

А я сижу и улыбаюсь. Потому что понимаю: его азарт — это не выигрыш. Это победа над препятствием, над цифровым запретом. Это удовлетворение стратега, нашедшего обходной манёвр. И в этом есть своя, особенная романтика. И, конечно, я всегда помню, что благодаря этой его странной страсти, я в ту ночь не сходил с ума от боли, а приобрёл самого боевого и надёжного соседа на свете. И что иногда самое неожиданное лекарство и самая крепкая дружба начинаются с трёх часов ночи, острой боли и поиска того самого рабочего зеркала.